|  14.01.2000
Началось
все, как обычно, с телевизора.
Там какая-то телка с хуйней
вместо лица разорялась насчет
чтобы отрастить бы до самых то
ли поплеч, то ли попизд. "Совсем
Пьеха охуела" — решил я, и
вырубил ящик.
Потом я увидел
это на обложке пидорного
журнала "Ом". Оказалось,
что оно не Пьеха, а намного хуже.
В телевизоре хоть лица не было.
И на том спасибо, родные. Еще
потом я узнал что это
называется Земфира, оно жило в
Уфе, диджеило потихоньку на
местном радио, а потом ЭТО
услышал Илья Лагутенко и нам
настал пиздец.
Вы, на самом
деле, не подумайте чего. Я
человек выносливый. К попсе
отношусь с юмором, а особо
крепкие ошибки природы типа
Ларисы Черниковой, у которой
ночью случилась тайна, или
Анжелики Варум с ее забавным
мяуканьем, так даже и люблю. Но
эти типа продвинутые песни с
веером, с плеером, с триппером...
Ай, мама джан, зачем только
татар грамоте учили?
Дальше было
хуже. Долгое время я хоронился,
как снайпер на дереве, но жизнь
подкралась сзади и засадила
мне свой морщинистый. Меня
послали в командировку в
мохнатый сибирский городишко.
Из всех видов радио, там было
только "Русское", поэтомув
любом кафе и любом такси из
динамиков звучало оно. Мои
коллеги, люди на первый взгляд
пристойные, напившись,
начинали несвежими голосами
орать "Эй, ромашки"...
Каждая лярва, к которой я
подходил ближе, чем на три
метра, томно закатывала
гляделки и начинала гнусить
"Я задыхаюсь от нежности",
что неизменно приводило меня к
энергичному проблёву на месте.
Это было круто, круто, круто,
как сказали бы мои дефективные
мультипликационные друзья.
Наконец, я
вернулся домой. И там моя жена,
между прочим, интеллигентная с
виду женщина, скромно потупив
глазки, призналась, что у нее
есть это. Она вставляла это в
проигрыватель для компакт-дисков
и по утрам наша убогая
квартирка оглашалась истошным
воплем "Пачему?!" "Да хуй
его знает" — стонал я сквозь
сон и пытался заткнуть уши
подушкой.
Оно было везде.
Оно было в газетах журналах и
интернете. В новогоднюю ночь,
оно, пугая честной народ,
вопило какую-то "песню века".
Какие-то умники наэывали ЭТО
открытием года, и рассуждали на
тему. И даже вполне уважаемые
мною граждане иногда называли
ЭТО по имени.
Боюсь, что ОНО
не умрёт. ОНО запишет еще пару
компактов на погибель всему
живому. А когда ОНО наконец-то
выйдет в тираж, нам сварганят
еще какое-нибудь ЭТО.
То-то будет
весело, то-то хорошо.
Zef
|
|
